Волшебные капли для субастика


Читать Волшебные капли для Субастика

Пауль Маар

Волшебные капли для Субастика

Глава первая

Загадочная находка

Когда дело доходило до по-тасовок, Мартин Пепперминт всегда пасовал. В их классе было несколько признанных силачей, а он принадлежал скорее к разряду слабаков. Строго говоря, он был не самым слабым. Слабее него был только Базилиус Мёнкенберг, который падал в обморок от одного сердитого взгляда.

Ростом Мартин Пепперминт тоже не отличался. Когда учитель физкультуры господин Кнортц выстраивал их перед началом занятия в линейку, то Мартин Пепперминт всегда оказывался четвертым от конца. А если не было Роланда Штеффенхагена, то и третьим. Роланд отсутствовал часто. Потому что его мама была большой любительницей писать объяснительные записки.

Если Роланду неохота было идти на физкультуру (а большой охоты у него никогда не было), то ему достаточно было за завтраком пару раз кашлянуть и прохрипеть:

— Знаешь, мама, я, кажется, немного простудился.

— Ай-ай-ай, вот напасть какая! — говорила мама. — Пожалуй, тебе не следует сегодня ходить на физкультуру. Сейчас напишу учителю.

С этими словами она садилась за компьютер и открывала заготовленный образец записки, озаглавленный «ФИЗРА». Текст был такой:

Прошу разрешить моему сыну Роланду Штеффенхагену не присутствовать на занятии по физкультуре в связи с…

С уважением

После «в связи с» она всякий раз вставляла какое-нибудь новое название болезни, например: «ангина», «воспаление горла», «покраснение гортани» или «поражение слизистой оболочки зева».

Все в классе завидовали Роланду. Такую маму надо поискать! Он сам очень гордился ею. И не столько потому, что она бесперебойно снабжала его объяснительными записками, которые он затем вручал учителю физкультуры, сколько потому, что она никогда не повторялась и подходила к делу с большой выдумкой. И действительно, тут было чем гордиться — только за последний год она сочинила восемнадцать записок с вариациями на тему «больное горло». А в этом году, после больших каникул, она уже успела выдать четыре штуки: новая серия состояла из «покашливания», «бронхита», «катара верхних дыхательных путей» и «хронической хрипоты».

Для Мартина Пепперминта это означало, что с начала учебного года ему четыре раза пришлось быть третьим от конца, хотя в действительности он был все-таки четвертым.

Что касается успеваемости, то тут дело обстояло несколько лучше. Мартин Пепперминт был где-то посерединке. А по немецкому даже немного впереди. Вот недавно получил пятерку за сочинение. Но это скорее случайность.

А вот в чем Мартин Пепперминт действительно превзошел всех и вся, так это в стеснительности. Он был самым робким мальчиком в классе. По этой части он уверенно занимал первое место. И как бороться с таким сомнительным достижением, он не знал. Вот почему он однажды решил поговорить об этом с папой.

— Что же мне делать? — спросил он отца. — Я всего боюсь…

— А чего — всего? — решил уточнить господин Пепперминт.

— Просто всего, — сказал Мартин и вздохнул.

— Ну, это ты не сочиняй! — попытался взбодрить его господин Пепперминт. — А кто недавно прыгнул с метровой вышки в бассейне?! Головой вниз! Ужас! Я в десять лет ни за что бы не прыгнул с такой высоты! Умер бы от страха!

— А Йенс Ульман прыгает с трехметровой! Ему тоже десять лет, между прочим! — возразил Мартин.

— С трехметровой?! Вот это да! — искренне удивился господин Пепперминт и покачал головой. — Молодец какой! Я вот только один раз в своей жизни прыгал с трехметровой вышки. Да и то уже, можно сказать, в зрелом возрасте. И… не по своей воле… Заставили…

— Кто тебя заставил? — спросил Мартин.

Господин Пепперминт замялся.

— Желание… Или, точнее, пожелание… — путано начал объяснять он. — Как бы это лучше сказать…

— Хотеть не запрещается, — перебил его Мартин. — Только что толку! Я вон сколько раз говорил и себе: «Хочу быть таким же смелым, как Иене!» — и ничего!

— Йенс это Йенс, а ты это ты! Все люди разные, — сказал господин Пепперминт, — и с этим приходится как-то мириться.

Но Мартин совершенно не хотел мириться с такими объяснениями и пошел за советом к маме.

— Ну, пусть я не буду таким, как Йенс, ладно! — заявил Мартин. — Но хотя бы просто как другие мальчики в классе. Взять, например, Роланда. Он у нас почти самый маленький, а не боится. Может запросто подойти к какой-нибудь девочке из параллельного класса и заговорить с ней!

— А ты что, тоже хотел бы пообщаться с девочками из параллельного класса? — спросила мама.

— Нет, со всеми не хотел бы. Только с одной, — признался Мартин.

— И с кем же это? Я ее знаю? — оживилась мама.

— Как же ты можешь ее знать, если я сам даже не знаю, как ее зовут? — с горечью ответил Мартин. — Могу только сказать, что у нее темные волосы. Она их завязывает в хвостик красной лентой. А живет она на улице Шуберта, дом двенадцать. И у нее есть собака.

Мама открыла рот от удивления.

— Откуда тебе известно, где она живет, если ты с ней даже не разговаривал? — спросила она.

— А я один раз пошел за ней и дошел до самого дома, — объяснил Мартин. — Хотя какое это имеет значение, мы же о другом говорим.

Но мама, похоже, была иного мнения.

— Когда же ты успел познакомиться с ее собакой? Ты ее видел? — допытывалась мама.

— Нет, не видел, — хмуро ответил Мартин. — Просто на воротах у них табличка висит с каким-то волкодавом. Ну, знаешь, такие вешают, с рисунком, чтобы отвадить непрошеных гостей. Я-то точно побоюсь даже в щель заглянуть. А вот Йенс, так он запросто открыл бы калитку, ввалился во двор да еще бы сам порычал на их собаку, — сказал Мартин, переводя разговор на больную тему. — И что мне с этим делать?

— С собакой? Или с собой? — спросила мама.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю! — обиделся Мартин. — Я хочу быть храбрым и смелым, а не мямлей-тютей!

— Не всё сразу, — попыталась утешить его мама и погладила по голове. — Некоторым нужно время, чтобы набраться храбрости… Я вот, например, терпеть не могу всяких задавак, которые считают себя эдакими храбрецами, а посмотришь на них — так просто глупые нахалы… Мне гораздо больше нравятся такие мягкие, скромные люди, как твой папа.

— А мне нет, — буркнул Мартин и пошел к себе в комнату.

Он плюхнулся на кровать и уставился в потолок, собираясь отдаться во власть мрачных мыслей, но тут пришел папа и сказал:

— Страшные новости для нашего страшно трусливого Мартина! В ближайшее время ожидается нашествие диких зверей: зайцев, попугаев, хомяков и парочки особо хищных белых мышей!

— К нам что, Понеделькусы собираются?! — радостно воскликнул Мартин и подскочил на кровати.

— Угадал, — сказал господин Пепперминт. — Только что звонил дядя Антон. Завтра днем он зайдет к нам в гости. Со всем семейством, разумеется. Включая некоторых четвероногих.

Господин Понеделькус, которого Мартин называл «дядя Антон», был старым другом господина Пепперминта.

Его жена, тетя Аннемари, была хозяйкой той квартиры, в которой господин Пепперминт когда-то снимал комнату. (В те годы она еще носила фамилию Брюкман.) У Понеделькусов была дочка, на два года младше Мартина, и звали ее Хельга.

— А Хельга тоже придет? — с некоторой тревогой спросил Мартин.

— Конечно, — ответил господин Пепперминт. — Или ты думаешь, ее оставят дома присматривать за зверинцем? Вряд ли. Ведь Антон притащит всю компанию, так что присматривать будет не за кем.

online-knigi.com

Читать онлайн «Волшебные капли для Субастика», авторов Коренева Марина Юрьевна и Маар Пауль

Annotation

«Волшебные капли для Субастика» — четвертая повесть о рыжем проказнике, исполняющем желания, в которой рассказывается, как Субастик подружился с сыном господина Пепперминта Мартином и помог ему преодолеть робость и обрести новых друзей.

Пауль Маар

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

notes

1

Пауль Маар

Волшебные капли для Субастика

Глава первая

Загадочная находка

Когда дело доходило до по-тасовок, Мартин Пепперминт всегда пасовал. В их классе было несколько признанных силачей, а он принадлежал скорее к разряду слабаков. Строго говоря, он был не самым слабым. Слабее него был только Базилиус Мёнкенберг, который падал в обморок от одного сердитого взгляда.

Ростом Мартин Пепперминт тоже не отличался. Когда учитель физкультуры господин Кнортц выстраивал их перед началом занятия в линейку, то Мартин Пепперминт всегда оказывался четвертым от конца. А если не было Роланда Штеффенхагена, то и третьим. Роланд отсутствовал часто. Потому что его мама была большой любительницей писать объяснительные записки.

Если Роланду неохота было идти на физкультуру (а большой охоты у него никогда не было), то ему достаточно было за завтраком пару раз кашлянуть и прохрипеть:

— Знаешь, мама, я, кажется, немного простудился.

— Ай-ай-ай, вот напасть какая! — говорила мама. — Пожалуй, тебе не следует сегодня ходить на физкультуру. Сейчас напишу учителю.

С этими словами она садилась за компьютер и открывала заготовленный образец записки, озаглавленный «ФИЗРА». Текст был такой:

Прошу разрешить моему сыну Роланду Штеффенхагену не присутствовать на занятии по физкультуре в связи с…

С уважением

После «в связи с» она всякий раз вставляла какое-нибудь новое название болезни, например: «ангина», «воспаление горла», «покраснение гортани» или «поражение слизистой оболочки зева».

Все в классе завидовали Роланду. Такую маму надо поискать! Он сам очень гордился ею. И не столько потому, что она бесперебойно снабжала его объяснительными записками, которые он затем вручал учителю физкультуры, сколько потому, что она никогда не повторялась и подходила к делу с большой выдумкой. И действительно, тут было чем гордиться — только за последний год она сочинила восемнадцать записок с вариациями на тему «больное горло». А в этом году, после больших каникул, она уже успела выдать четыре штуки: новая серия состояла из «покашливания», «бронхита», «катара верхних дыхательных путей» и «хронической хрипоты».

Для Мартина Пепперминта это означало, что с начала учебного года ему четыре раза пришлось быть третьим от конца, хотя в действительности он был все-таки четвертым.

Что касается успеваемости, то тут дело обстояло несколько лучше. Мартин Пепперминт был где-то посерединке. А по немецкому даже немного впереди. Вот недавно получил пятерку за сочинение. Но это скорее случайность.

А вот в чем Мартин Пепперминт действительно превзошел всех и вся, так это в стеснительности. Он был самым робким мальчиком в классе. По этой части он уверенно занимал первое место. И как бороться с таким сомнительным достижением, он не знал. Вот почему он однажды решил поговорить об этом с папой.

— Что же мне делать? — спросил он отца. — Я всего боюсь…

— А чего — всего? — решил уточнить господин Пепперминт.

— Просто всего, — сказал Мартин и вздохнул.

— Ну, это ты не сочиняй! — попытался взбодрить его господин Пепперминт. — А кто недавно прыгнул с метровой вышки в бассейне?! Головой вниз! Ужас! Я в десять лет ни за что бы не прыгнул с такой высоты! Умер бы от страха!

— А Йенс Ульман прыгает с трехметровой! Ему тоже десять лет, между прочим! — возразил Мартин.

— С трехметровой?! Вот это да! — искренне удивился господин Пепперминт и покачал головой. — Молодец какой! Я вот только один раз в своей жизни прыгал с трехметровой вышки. Да и то уже, можно сказать, в зрелом возрасте. И… не по своей воле… Заставили…

— Кто тебя заставил? — спросил Мартин.

Господин Пепперминт замялся.

— Желание… Или, точнее, пожелание… — путано начал объяснять он. — Как бы это лучше сказать…

— Хотеть не запрещается, — перебил его Мартин. — Только что толку! Я вон сколько раз говорил и себе: «Хочу быть таким же смелым, как Иене!» — и ничего!

— Йенс это Йенс, а ты это ты! Все люди разные, — сказал господин Пепперминт, — и с этим приходится как-то мириться.

Но Мартин совершенно не хотел мириться с такими объяснениями и пошел за советом к маме.

— Ну, пусть я не буду таким, как Йенс, ладно! — заявил Мартин. — Но хотя бы просто как другие мальчики в классе. Взять, например, Роланда. Он у нас почти самый маленький, а не боится. Может запросто подойти к какой-нибудь девочке из параллельного класса и заговорить с ней!

— А ты что, тоже хотел бы пообщаться с девочками из параллельного класса? — спросила мама.

— Нет, со всеми не хотел бы. Только с одной, — признался Мартин.

— И с кем же это? Я ее знаю? — оживилась мама.

— Как же ты можешь ее знать, если я сам даже не знаю, как ее зовут? — с горечью ответил Мартин. — Могу только сказать, что у нее темные волосы. Она их завязывает в хвостик красной лентой. А живет она на улице Шуберта, дом двенадцать. И у нее есть собака.

Мама открыла рот от удивления.

— Откуда тебе известно, где она живет, если ты с ней даже не разговаривал? — спросила она.

— А я один раз пошел за ней и дошел до самого дома, — объяснил Мартин. — Хотя какое это имеет значение, мы же о другом говорим.

Но мама, похоже, была иного мнения.

— Когда же ты успел познакомиться с ее собакой? Ты ее видел? — допытывалась мама.

— Нет, не видел, — хмуро ответил Мартин. — Просто на воротах у них табличка висит с каким-то волкодавом. Ну, знаешь, такие вешают, с рисунком, чтобы отвадить непрошеных гостей. Я-то точно побоюсь даже в щель заглянуть. А вот Йенс, так он запросто открыл бы калитку, ввалился во двор да еще бы сам порычал на их собаку, — сказал Мартин, переводя разговор на больную тему. — И что мне с этим делать?

— С собакой? Или с собой? — спросила мама.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю! — обиделся Мартин. — Я хочу быть храбрым и смелым, а не мямлей-тютей!

— Не всё сразу, — попыталась утешить его мама и погладила по голове. — Некоторым нужно время, чтобы набраться храбрости… Я вот, например, терпеть не могу всяких задавак, которые считают себя эдакими храбрецами, а посмотришь на них — так просто глупые нахалы… Мне гораздо больше нравятся такие мягкие, скромные люди, как твой папа.

— А мне нет, — буркнул Мартин и пошел к себе в комнату.

Он плюхнулся на кровать и уставился в потолок, собираясь отдаться во власть мрачных мыслей, но тут пришел папа и сказал:

— Страшные новости для нашего страшно трусливого Мартина! В ближайшее время ожидается нашествие диких зверей: зайцев, попугаев, хомяков и парочки особо хищных белых мышей!

— К нам что, Понеделькусы собираются?! — радостно воскликнул Мартин и подскочил на кровати.

— Угадал, — сказал господин Пепперминт. — Только что звонил дядя Антон. Завтра днем он зайдет к нам в гости. Со всем семейством, разумеется. Включая некоторых четвероногих.

Господин Понеделькус, которого Мартин называл «дядя Антон», был старым другом господина Пепперминта.

Его жена, тетя Аннемари, была хозяйкой той квартиры, в которой господин Пепперминт когда-то снимал комнату. (В те годы она еще носила фамилию Брюкман.) У Понеделькусов была дочка, на два года младше Мартина, и звали ее Хельга.

— А Хельга тоже придет? — с некоторой тревогой спросил Мартин.

— Конечно, — ответил господин Пепперминт. — Или ты думаешь, ее оставят дома присматривать за зверинцем? Вряд ли. Ведь Антон притащит всю компанию, так что присматривать будет не за кем.

В комнату заглянула госпожа Пепперминт.

— Я не ослышалась? — спросила она. — Антон придет? Со всеми зверями?

— Да, мы как раз обсуждаем его зоосад, — сказал господин Пепперминт.

— Хоть бы он своих белых зайцев дома оставил! — вздохнула госпожа Пепперминт. — А то в прошлый раз они обгрызли нам кресло и повытаскивали из обивки всю требуху!

Госпожа Пепперминт села к Мартину на кровать.

— Будем надеяться, что Аннемари запрёт его зайцев, — сказала мама. — Она их тоже не очень жалует.

Хорошо бы она заперла заодно и этого старого попугая. Как его там зовут?

— Кулес, — подсказал Мартин. — По мне, так пусть приводят хоть зайцев, хоть попугая, хоть слона, лишь бы они свою Хельгу заперли куда-нибудь подальше.

— Что это за новости такие? — удивился господин Пепперминт. — Она же тебе вроде нравилась. Сам говорил, что она вполне сносная.

— Говорил, — отозвался Мартин. — Просто мне с такими маленькими неинтересно. И к тому же она все время жует своих марципановых свинок, а я марципан терпеть не могу! Во что я буду с ней играть? Ей только прятки подавай! Всё прятки да прятки… Тоска зеленая!

— Предложи ей тогда сыграть во что-нибудь другое, — посоветовал господин Пепперминт.

— Во что, ...

knigogid.ru

Волшебные капли для Субастика

Скачать книгу в формате: fb2 epub rtf mobi txt

Читать книгу на сайте: Читать онлайн

Моя оценка: Загрузка...

«Волшебные капли для Субастика» — четвертая повесть о рыжем проказнике, исполняющем желания, в которой рассказывается, как Субастик подружился с сыном господина Пепперминта Мартином и помог ему преодолеть робость и обрести новых друзей.

readli.net

Книга Волшебные капли для Субастика. Страница 7

— Нормальная, — сказал из вежливости Мартин. — Я все равно ничего не понял. А куда ты так торопишься?

— А что мне тут делать?! — ответил непоседливый гость. — Кто-то выпил В. к. д. С. без спросу, и пошли одни вопросы! Мне нужно было к Пепперминту, а я попал к тебе, вот и вся история! Извини за беспокойство, я пошел!

— Так я же и есть Пепперминт! — воскликнул Мартин и ухватил егозливого лыжника за лямку костюма.

— Ты? Пепперминт?! — уставился на него рыжий. — Какой-то ты совсем не пепперминтистый! — с сомнением покачал он головой.

— Очень даже пепперминтистый! — задиристо ответил Мартин. — Моя фамилия — Пе-ппер-минт, что б ты знал! А зовут меня Мартин! Мартин Пепперминт, понял?

— Теперь понял, — быстро ответил рыжий. — Значит, все прекрасно! Никакой ошибки нет! Урра!

С радостным воплем он запрыгнул на кровать, на которой должен был бы спать Роланд Штеффенхаген, и принялся скакать, распевая во всю глотку:

Попал к Пепперминту-младшему

Субастик по зиме

И ну давай упрашивать:

«Возьми меня к себе!

Тебе я буду помогать,

Ботинком в ухе ковырять!»

За это ты по дружбе

Возьмешь меня на службу!

— Слушай, прекрати скакать! Кровать сломаешь! Ты же не малый ребенок, — попытался угомонить буяна Мартин.

— Соображаешь! Сразу разглядел! — похвалил его Субастик. — Я совсем не ребенок! Я — Субастик!

— Субастик? — удивился Мартин. — А что это такое?

— Не что, а кто, — поправил Субастик. — Мы, субастики, так и зовемся — су-бас-ти-ки! Понимаешь?

— Ну хорошо, — сказал Мартин. — А кто такие эти субастики?

— Вот бестолковый! Субастик это субастик, сколько можно тебе объяснять?! — начал сердиться рыжий. — Что болтать о том без толку, если ясно и ребенку: нет на свете объяснения для подобного явления! Субастик явился — никто не удивился! Значит, все идет как надо, и ему все очень рады!

— У меня уже голова распухла от твоих стихов! — сказал Мартин. — Ты не можешь говорить нормально?

— А я и говорю нормально! Нормальнее не бывает! — возразил Субастик и опять заголосил:

Нормальный еж гулял в лесу

И увидал в кустах лису,

Ее за хвост он укусил

И к речке резво потрусил.

К кусаке пригляделся я,

А это дикая свинья!

Нормальные дети в столовке сидят

И, чавкая громко, сосиски едят.

И только один без сосисок остался,

Капель домашних он наглотался,

Надулся он страшно, как мышь на крупу,

И спрятался с горя в старом шкафу.

Искал горемыку Субастик пять дней,

И день ото дня становился грустней.

Вдруг слышит — в шкафу кто-то мелко дрожит!

Он дверцу открыл — а там Мартин сидит!

— Тоже мне, поэт нашелся! — сказал Мартин. — Ни в каком шкафу я не сижу!

— А зря, — отозвался Субастик, открывая дверцу шкафа. — Очень уютненько! — сказал он и забрался внутрь. — И вообще, что ты придираешься? Шкаф пришлось ввернуть из-за крупы… Отличная рифма!

— А крупу ты зачем, интересно, ввернул? — хмуро спросил Мартин.

— Для красоты! — объяснил Субастик. — Тем более что это правда! Посмотри на себя в зеркало! Настоящий хмуролей! Я тебя по доброте душевной с одной чахлой мышкой сравнил, хотя с такой надутой физиономией ты на все сто потянешь!

— Ничего я не надутый! — возразил Мартин. — И рифмы тут твои ни при чем! Подумаешь, рифма! Взял бы и сказал, как было: «Капель домашних он наглотался, и тут же Субастик пред ним оказался!» И рифма на месте, и все правда!

— Правда-кривда… — проворчал Субастик, устраиваясь поудобнее. — Только бы спорить! Весь в отца пошел!

— В какого отца? — не понял Мартин.

— У тебя их что, целый выводок? — ехидно спросил Субастик. — Ясно в какого, в твоего родного папочку, Бруно Клауса Йозефа Пепперминта!

— А ты его знаешь?! — удивился Мартин.

— Еще бы я его не знал! — ответил Субастик. — Я у него жил… Один раз не очень долго, а второй раз уже как следует… Вот тогда-то я и дал ему на прощание пузырек с возвратными каплями для Субастика, на тот случай, если я вдруг понадоблюсь. Жаль только, что я забыл у него свой водолазный костюм. Хожу вот теперь в этих панталонах… Хотя они мне тоже нравятся. Особенно узорчик! Веселенький такой…

— Значит, это твой водолазный костюм я нашел на чердаке!? — воскликнул Мартин. — Почему же папа мне ничего не сказал?

— Ну, может быть, он не хотел тебя расстраивать, — предположил Субастик. — Дети, знаешь ли, бывают очень даже ревнивыми____— с видом знатока принялся объяснять он, но не закончил, так как дверь отворилась и в комнату вошел господин Дауме.

Мартин успел в последнюю секунду прикрыть шкаф.

— Пепперминт! Что ты тут делаешь? — строго спросил учитель. — Ты что, не слышал — у нас обед!

— Слышал, — проговорил Мартин.

— А если слышал, то почему ты все еще тут?! — продолжал допытываться господин Дауме. — Тебе что, отдельное приглашение нужно? Я уже заметил, что ты у нас, похоже, единоличник! Отбиваешься от коллектива… Но это ты дома можешь изображать из себя волка-одиночку, а тут мы все вместе. Приехали классом, значит, надо быть с классом! Так что давай на выход!

Господин Дауме развернулся и пошагал прочь, оставив дверь нараспашку.

Из шкафа тут же раздался писклявый голосок:

Дауме к нам влетел без стука,

Есть зовет — какая скука!

Словно муха пожужжал

И обратно поскакал!

Ты жужжи-жужжи, учитель…

— Тихо ты! — зашикал на Субастика Мартин. — Прекрати сейчас же!

— …не боюсь тебя, мучитель! — просипел каверзный Субастик.

Господин Дауме снова возник на пороге.

— Ты, кажется, что-то сказал? — спросил он с некоторой угрозой в голосе.

— Да нет, это я просто поперхнулся… Кашель у меня, — соврал Мартин. — Я уже одеваюсь. Сейчас приду.

— Давай поторапливайся! — скомандовал господин Дауме и ушел, на сей раз уже безвозвратно.

Мартин приоткрыл дверцу шкафа и прошептал:

— Мне нужно идти! Сам слышал. Подождешь меня тут в комнате?

— Конечно подожду! — заверил его Субастик. — Куда же я от тебя, Пепперминта, теперь денусь?!

— Ну и замечательно! — обрадовался Мартин. — Только не шуми, пожалуйста! Нельзя, чтобы тебя тут кто-нибудь услышал или, еще того хуже, увидел!

— Совсем не шуметь? — уточнил Субастик.

— Совсем! — непререкаемым тоном ответил Мартин.

— Ты хочешь, чтобы я не шумел, или ты желаешь, чтобы я не шумел? — спросил Субастик. — Подумай как следует! Такой же вопрос я постоянно задавал твоему папе.

— Хочу, — ответил Мартин торопливо, не слишком вдумываясь в смысл вопроса.

— Ах, ты хочешь! Я же говорю, весь в отца! — рассмеялся Субастик. — Он тоже по первости все чего-то хотел, вместо того чтобы четко сформулировать пожелание! — сказал он и опять заголосил:

Прежде чем пойти в столовку,

Мартин спрятал друга ловко!

Чтоб его никто не видел

Или часом не обидел!

www.booklot.ru


Смотрите также

BIABOR - настоящий БИО портал

На главную